Как начиналась Америка

В 1492 году Христофор Колумб открыл Америку — не в переносном, а в самом что ни на есть прямом смысле. Но коренные американцы еще не открыли для себя, что везут им из-за океана корабли Колумба.

Сам Христофор писал тогда испанской монаршей чете: «Эти люди столь послушны, столь миролюбивы, и я мог бы поклясться Вашим Величествам, что нет на свете лучшего народа. Каждый из них любит ближнего, как самого себя. Их речь всегда приятна и спокойна, с приветливой улыбкой, и хотя это верно, что они наги, их нравы пристойны и заслуживают похвалы». Чтобы не показаться голословным, мореплаватель похитил человек десять гостеприимных хозяев и привез их на Родину в качестве наглядного пособия. Большинство из них живыми до Испании не доехало32.

Терпимый и толерантный, знающий, как всякий истинный европеец, толк в общечеловеческих ценностях, Колумб так итожил свои наблюдения за аборигенами: «их надобно заставить работать, сеять хлеб, делать все, что положено, а также перенять наши обычаи». Однако такой подход не был еще вершиной гуманизма. Когда к ограблению индейцев присоединилась Англия, родился знаменитый афоризм «Хороший индеец — мертвый индеец».

Как известно, ни у джентльменов, ни у сеньоров слова с делами не расходятся. «Всего за 21 год после высадки Колумба на островах Карибского моря, — пишет известный публицист А. Баумгартен, — самый большой из них, переименованный Адмиралом в Испаньолу (нынешние Гаити и Доминиканская республика), потерял практически все свое коренное население — около 8 миллионов человек, убитых, погибших от болезней, голода, рабского труда и отчаяния. Опустошительная сила этой испанской “ядерной бомбы” на Испаньоле была эквивалентна более чем 50 атомным бомбам типа хиросимской. И это было только началом». В результате проводимой политики беспрецедентного в истории геноцида к концу девятнадцатого века число всех коренных жителей Северной Америки сократилось до двухсот тысяч человек. По самым скромным оценкам ученых, это в пятнадцать раз меньше количества проживавших на этой же территории к моменту появления Колумба33. Индейский вопрос решался теми же методами, которыми германские национал-социалисты будут впоследствии решать вопросы еврейский и славянский — концентрационные лагеря, массовые казни, выжженная земля. Были у новоиспеченных американцев и свои ноу-хау — вроде дарения аборигенам зараженных оспой одеял. Иногда одеяла не дарили, а продавали, убивая, так сказать, одним выстрелом двух зайцев34.

Вопреки мифу о природной кровожадности и агрессивности индейцев, уникальная индейская культура была мало приспособлена для того, чтобы отразить вторжение европейца. На протяжении веков индеец ощущал себя полноценной частью окружающего мира, а мир для него, даже в своей опасности, был велик, божественен и полон загадок; в непрерывном ощущении сопричастности заключалась для индейца великая радость бытия. Ему был смешон и непонятен лозунг «бери от жизни все»: он брал от жизни ровно столько, сколько ему было нужно, он был не хозяином, но другом своей жизни, сколь неуклюжим ни кажется такой речевой оборот.

Совсем другим мир виделся доброму христианину — чуждым, враждебным и полным мрака. Европеец находился вне этого мира, он находился с ним в состоянии войны, он страшился этого мира — и жаждал подчинить его. Задолго до Дарвина он почувствовал себя ни с того ни с сего вставшей на задние лапы обезьяной, одним из отчужденных, грызущих друг друга пауков в банке естественного отбора; откуда-то извне, из-за стекла банки, на него, ханжески поджав губы, взирал исполненный брезгливого отвращения жестокий, мстительный и страшный бог. Европеец знал, что выжить и преуспеть можно, лишь заняв заветное место под солнцем, и изо всех сил стремился к этому. Для индейца место под солнцем не имело границ, оно было доступно каждому — великого солнца хватало на всех. Местом под солнцем была земля, на которой он проживал35.

Этой земли ему предстояло лишиться.

Последним значительным восстанием индейцев, в котором объединились почти все племена Северной Америки, было восстание под предводительством великого вождя Текумсе (Летящей Стрелы). Многие исследователи сходятся на том, что оно вполне могло увенчаться успехом и даже изменить ход истории; однако этого не произошло. Зато оккупанты, столкнувшись с серьезной угрозой, хорошо усвоили правило «разделяй и властвуй»: никогда более не удавалось индейцам выступить столь организованно и сплоченно. С 1830 года началась политика «Indian removal». Часть индейских племен была насильственно переселена на запад от реки Миссисипи, другая часть — в мир иной. Тогда западные территории еще не казались американцам привлекательными, но очень скоро колонизаторы осознали, какой лакомый кусок они отдали «дикарям». Последовал новый виток геноцида. В нарушение договора36 с индейцами в 1862 году правительство издало указ о заселении запада: всякий белый человек, переселявшийся за Миссисипи, получал безо всяких условий 160 акров земли — индейской земли! — в постоянную собственность. В 1867 году был принят закон о резервациях — индейских гетто, которые очень быстро превратились в концентрационные лагеря. Резервации строили на самых худших и бесплодных землях, обрекая проживающие в них племена на голод и вымирание37. Последовавшее сопротивление индейцев было разрозненным и нескоординированным; теперь игра велась всецело по правилам захватчиков, а, как известно, сумевший навязать свои правила всегда выигрывает. Однако это сопротивление было исключительно богато героями, об одном из которых здесь и пойдет речь.

32. «Я везу экспонаты индейцев, которые можно будет использовать с большой пользой для Королевства, — писал Колумб королю и королеве. — Индейцы настолько наивны и настолько свободны, что не придают никакого значения собственности. Они готовы подарить Вам всё, что у них имеется. Тем, кто не был свидетелем этого, поверить в это немыслимо. Но это так. Я также везу Вашему Величеству экземпляры золота, которое они вкрапляют в свои украшения. Такого золота мы сможем иметь сколько нам угодно. И таких рабов мы сможем иметь тоже столько, сколько нам понадобится. В связи с чрезвычайным успехом моего морского похода я не премину попросить Ваше Величество о небольшом одолжении для меня лично». Племя таинов, столь радушно встретившее мореплавателя, было впоследствии уничтожено полностью. 12 октября 2003 года, в день национального праздника США, именуемого Днем Колумба, президент Венесуэлы Уго Чавес призвал латиноамериканцев бойкотировать празднование годовщины открытия Америки. «Христофор Колумб был застрельщиком самых масштабных оккупации и геноцида во всей истории человечества», — заявил Чавес на встрече с латиноамериканскими индейцами, отметив, что, проводя геноцид коренного населения, последователи Колумба вели себя хуже, чем приспешники Гитлера. «Испанские, португальские и прочие колонизаторы уничтожали коренное население Южной Америки с частотой один человек за 10 минут», — сказал Чавес.
33. В наши дни индейцы составляют менее одного процента населения Соединенных Штатов. По разным подсчетам, уничтожено от шестидесяти до восьмидесяти миллионов коренного населения Америки.
34. Из интервью советского эпидемиолога и иммунолога, доктора биологических наук, профессора, академика АМН СССР и Российской академии медико-технологических наук генерала П.Н. Бургасова в еженедельнике «Мир новостей», № 7 за 2005 г.: «Американцы, как я уже сказал, начали разработку бактериологического оружия с японских материалов — первопроходцами считаются японцы. Хотя если историю глубже копнуть... Знаете, как так называемые американские переселенцы истребляли коренное население — индейские племена? — Строили спиртовые заводы и спаивали? — Отчасти да. Но самое главное, они начали уничтожать их через простыни и подушки, зараженные вирусом оспы. Именно оспа косила племена под корень».
35. Известно изречение вождя Сиэтла: «Земля — наша мать. Все, что происходит с землей, происходит с сыновьями и дочерями земли… Земля не принадлежит нам. Мы принадлежим земле. Мы это знаем. Все вещи связаны — как кровью, которая соединяет семью… Мы не плетем паутину жизни — мы просто вплетены в нее. Что бы мы ни делали паутине, мы делаем себе». «Как раз в тот момент, когда европейцы проповедовали безграничность богатств природы и теорию прогресса, — пишет великий русский историк Л. Н. Гумилев, — согласно которой надо было уничтожать вредных животных и сохранять полезных (как будто кто-то знает, кто вреден, а кто полезен), индейцы исходили из убеждения, что Великий Дух не создал ничего плохого. Все, что он создал, все должно существовать. И убивать просто так, не для еды, может только сумасшедший. Мы сейчас, с наших позиций охраны природы, вполне разделяем точку зрения индейцев сиу, но в то время они эту истину доказать никому не могли. И поскольку они протестовали против бессмысленного убийства бизонов, убийства не ради мяса, а ради шкур, кож, которые вывозили промышленники, то их самих истребили. Это и была в 70-х годах XIX века так называемая “индейская война”».
36. В общей сложности американцы заключили с индейцами свыше четырехсот договоров — и не выполнили ни одного.
37. «Когда белый человек идет по моей земле, он оставляет за собой кровавый след», — говорил Махпиуа Лута (Красное Облако), прославленный вождь племени сиу. Безопаснее всего было проводить истребление индейцев опосредованно, лишая их источников существования; всюду, где ступала нога белого человека, немедленно начиналось уничтожение природы, так много значившей в жизни индейцев. Для того, чтобы индейцы не взбунтовались, бедствие должно было носить характер «вялотекущей катастрофы», и им время от времени бросали подачки. «Индейцы убивали ровно столько бизонов, сколько им нужно было для поддержания своей жизни… — вспоминал вождь племени сиу Мато Нажин (Стоящий Медведь). — С тех пор как пришлые охотники варварски уничтожили бизонов на наших охотничьих участках, мы жестоко голодали. Случайно я услышал, как несколько индейцев, беседуя друг с другом, сказали, что нужно отправиться в агентство, чтобы получить “пятнистых бизонов” — так называли индейцы американских коров, потому что на языке Сиу не было соответствующего слова, индейцы знали только диких бизонов. Нам, мальчикам, очень захотелось посмотреть на этих неизвестных еще нам животных, и мы решили поехать в агентство вместе со взрослыми индейцами. Какое страшное зловоние вдруг донеслось до нас! Нужно было зажимать носы, иначе становилось дурно. Я спросил отца, в чем дело, почему здесь невозможно дышать. Отец ответил, что это отвратительное зловоние распространяется от пятнистых бизонов. Тогда я спросил его: — Неужели же нас заставят есть их мясо? — Бледнолицые питаются им, — ответил мне отец. — Вот они и прислали нам этих животных вместо бизонов, которых они перебили. Скоро мы встретили нескольких бледнолицых, и все они были лысыми. Я призадумался: “Не оттого ли они лысые, что питаются мясом таких зловонных животных?” Тут же я вспомнил, что у орла-стервятника тоже лысая голова и что он питается падалью».

results matching ""

    No results matching ""